Главная » ПОЛИТИКА » «Перестройка» в Бундестаге: немцам надоела серость

«Перестройка» в Бундестаге: немцам надоела серость

Голоса избирателей переходят от умеренных политиков к более четко артикулирующим свои цели

Состоявшиеся в прошедшее воскресенье парламентские выборы в немецкий Бундестаг запустили так долго откладываемый процесс перестройки политического пространства Германии. Находящаяся уже 12 лет на посту канцлера Ангела Меркель сделала все возможное для того, чтобы этого переформатирования не произошло, но не все ей оказалось по силам. В результате рушится тщательно выстроенный каркас власти, опорами которого на протяжении последних лет были Христианско-демократический союз (ХДС) и Социал-демократическая партия Германии (СДПГ). Последняя показала худший результат в новейшей истории ФРГ.

фото: pixabay.com

Набрав всего немногим более 20 процентов, социал-демократы в лице своего проигравшего лидера Мартина Шульца заявили об уходе в оппозицию. Но сделать это оказалось не так-то просто — в силу того, что от СДПГ фактически зависит устойчивость Меркель, которая совершенно не намерена рисковать властью ради сохранения лица партнеров. Конечно, Ангела может предпочесть выглядящий наиболее реальным по итогам выборов вариант союза, прозванный в немецком народе «ямайкой» по цветам составляющих его партий: черный ХДС, желтые либералы и, естественно, «зеленые». Однако в этом случае ей придется серьезно делиться — например, лидер вернувшихся после 4-летнего перерыва «свободных демократов» Кристиан Линднер (заявлявший о необходимости рациональных отношений с Россией) давно вынашивает идею создания «суперминистерства будущего», которое бы объединяло министерства экономики, финансов, инноваций и энергетики. Как известно, фрау Меркель готова поделиться чем угодно, кроме министерства финансов, и вокруг этого начнется серьезная драка. В то же самое время партийный шеф «зеленых» Джем Оздемир, претендующий на пост нового министра иностранных дел, даром что этнический турок, позволял себе неоднократно крайне нелицеприятные высказывания в адрес как президента Турции Эрдогана, так и Президента России Путина. С таким человеком во главе германской внешней политики Берлин точно не сможет построить нормальных отношений ни с кем из своих стратегических партнеров, за исключением США. Хотя, может быть, в этом и заключается смысл.

Аппетиты будущих партнеров по коалиции могут оказаться настолько серьезными, что усмирять их придется самым жестким образом — угрозой перевыборов. И Меркель бы пошла на них, если бы не понимала, что, в отличие от ее родного ХДС, в случае проведения повторных выборов прежние коалиционные партнеры — социал-демократы — могут потерять еще больше голосов и, вероятно, даже уступить место второй партии страны «Альтернативе для Германии». А вот это уже будет мощнейший удар по политической системе ФРГ с 1949 года.

Официальные результаты выборов (ХДС — 33%, СДПГ — 20%, «Альтернатива для Германии» (АдГ) — 13%, либералы (СвДП) — 10%, левые и «зеленые» — по 9%) говорят о следующем: в Германии, как и везде в Европе, происходит поляризация общества, голоса избирателей переходят от умеренных политиков к более четко артикулирующим свои цели. Скучная европейская бюрократическая серость, в которой невозможно отличить консерватора от социалиста (а мальчика — от девочки), все сильнее надоедает немцам. Поэтому почти во всех землях бывшей ГДР СДПГ уступила второе место «Альтернативе» или левым. А в Саксонии, например, вообще евроскептики из АдГ заняли первое место, впервые в новейшей истории потеснив партию Меркель с пьедестала. Надо отдать должное: находясь в условиях жесточайшего информационного давления со стороны основных немецких СМИ, «альтернативщики» сумели неплохо выстроить работу в Интернете и социальных сетях. «Мы — партия Фейсбука!» — неоднократно звучало из уст их лидеров, и, судя по высокой даже для немецких выборов явке (больше 75%), им удалось привести на выборы прежде аполитичную молодежь.

Голосование показало: даже спустя 27 лет после объединения Германии остались непреодолимые различия между восточной и западной частями страны. Ощущение вторичности «ости» («восточников») прочно и справедливо сидит в головах восточных немцев. Однако в процентном соотношении, конечно, регионы экс-ГДР серьезно проигрывают западным: в одной только земле Северный Рейн-Вестфалия живет избирателей больше, чем в 6 землях Восточной Германии. Поэтому уверенное третье место «Альтернативы» — скорее следствие признания ее на западе, чем вторые места на востоке. Еще один феномен, характерный пространствам в первую очередь ГДР, — это избиратели, симпатизирующие одновременно левым и АдГ. Такие себе немецкие «красно-коричневые».

На этих выборах впервые всерьез немецкие партии боролись за русского избирателя. Мало кто знает, что вовсе не турки, а именно русские составляют крупнейшую национальную диаспору ФРГ. Как же так, спросите вы — и будете правы: при номинальном большинстве (7 миллионов) немецкие турки в массе своей не обладают немецким гражданством, довольствуясь видом на жительство. В то время как русские немцы (3 миллиона) почти все поголовно паспортизированы. Таким образом, если бы все русские Германии дошли до избирательных участков, в Бундестаге бы заседало до 30 депутатов, избранных их голосами. Уже сейчас понятно: в новом созыве парламента будет не менее 5 русскоязычных депутатов. При этом активнее всех с русскими работала именно «Альтернатива для Германии».

Новый созыв Бундестага будет не в пример интереснее и скандальнее предыдущих. Впервые в парламент прошло так много политических сил (6), так что теперь придется что-то придумывать с помещениями для фракций — ведь под куполом Рейхстага есть фракционные помещения только для четырех партий. Вследствие увеличения количества партий увеличится и численность депутатов в новом парламенте: теперь их будет 709 вместо 630 в прежней каденции. Согласно Конституции ФРГ, количество депутатов варьируется в зависимости от процента явки. 75 процентов избирателей, пришедших отдать свой голос на выборах 24 сентября, стали рекордом. Таким образом, Бундестаг вырастет на 79 избранников.

94 мандата, полученные «Альтернативой», вместе с 69 мандатами левых теоретически образуют «пророссийскую четверть» — ведь как бы ни были далеки друг от друга эти партии в вопросах внутренней политики, по политике внешней они во многом занимают схожие позиции. Это дает основания надеяться на усиление давления на Меркель внутри Германии — как в вопросе отмены антироссийских санкций, так и касательно признания Крыма и принуждения Порошенко к реализации Минских соглашений.

Что же касается ожидаемого сюрприза этих выборов — победы АдГ, то мне она сильно напомнила стремительный взлет блока «Родина» 2003 года, в котором ее лидеры начали между собой борьбу за власть, едва прошли в Госдуму. По большому счету, тогда дальнейшее развитие этой силы и набор ею новых высот крайне осложнялся в первую очередь этими внутренними противоречиями. Теперь повторение сюжета можно наблюдать в победившей «Альтернативе для Германии». На вчерашней пресс-конференции прежняя лидер Фрауке Петри заявила о том, что не войдет в состав фракции и останется независимым депутатом, чем вызвала искреннее недоумение присутствующих тут же коллег. В свое оправдание она сказала что-то на тему «правого поворота в 2021 году» и спешно ушла.

Подобное развитие событий можно было прогнозировать, но, конечно, не с такой скоростью. Теперь у партии остался один наиболее узнаваемый лидер — Александр Гауланд, который и возглавит фракцию. Ведь большая часть из 94 депутатов АдГ незнакома не только широкой аудитории, но даже друг другу. Поймавшие за хвост удачу преимущественно молодые «альтернативщики» «от земли» теперь начнут познавать мир большой политики, больших денег и искушений. Точно так же на огромном противодействии немецкой элиты в 2007 году в Бундестаг входили левые с неотразимой Сарой Вагенкнехт. Поэтому с точки зрения сохранения АдГ в качестве единой силы скоропостижный уход Петри скорее даже плюс, чем минус — во избежание будущих расколов.

Санкции . Хроника событий

Источник

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*